Брак втроем

Май 10, 2015 By: admin Category: Интересное.

Подлинным «браком втроем» Б. Ф. Егоров считает лишь союз Шелгуновых с М. JI. Михайловым, объясняя его «повышенной страстностью» JI. П. Шелгуновой. Он же подчеркивает, что «теоретическая убежденность Чернышевского в возможности жить втроем» отразилась не только в сюжете романа «Что делать?», но и в более поздних замыслах писателя, создаваемых им на каторге. Для русской культуры важно, что именно роман «Что делать?» сформировал ту модель menage de trois, которая закрепилась в истории и стала своего рода образцом для подражания многих молодых «волонтеров» в демократы и нигилисты, хотя первоначально соответствующая модель созревала в жизни. И если в рассмотренных нами жизненных ситуациях противником семейной анархии обычно выступал мужчина, то в литературном мире, выстроенном Чернышевским, именно Вера Павловна выбирает традиционную семью, а значит, и новый брак с Кирсановым вместо злополучной «тройчатки», почему Лопухов становится в их отношениях «третьим лишним» и совершает свой мнимый уход из жизни.

Наиболее разумный вариант разрешения любовного конфликта троих с точки зрения «ультранигилистов» предлагает в романе Рахметов:

Сколько расстройства для всех троих, особенно для вас, Вера Павловна! Между тем как очень спокойно могли вы все трое жить по-прежнему, как жили за год, или как-нибудь переместиться всем на одну квартиру, или иначе переместиться… и по-прежнему пить чай втроем, и по-прежнему ездить в оперу втроем. К чему эти мучения? К чему эти катастрофы?.

Герои произведения им не воспользовались, хотя в конце романа демонстрируется еще один утопический проект — семейной «общины», о которой мечтали Герцены и Огаревы: семейства Кирсановых и Бьюмонтов селятся по соседству, и каждое «живет по- своему», но вместе. Треугольник дополняется еще одним элементом и приобретает вполне пристойный, земной вид, в котором нет ничего предосудительного.

Роман Чернышевского полностью отвечал своему просветительскому и дидактическому назначению — он давал читателю примеры идеального жизнестроительства, где чувства не мешают, а помогают людям жить гармонично и счастливо, где якобы можно избежать сердечных мучений и катастроф. Совсем иной колорит социалистические формы общежития, впервые так красочно показанные Чернышевским, обретали в антинигилистическом романе второй половины XIX века: в них педалировались разврат, аморализм и откровенное человеконенавистничество нигилистов, причем нетрадиционность сожительства de trois уступала место более впечатляющим картинам анархических коммун и «Домов Согласия», под пером авторов-«антинигилистов» нередко превращающихся в дома терпимости.

Comments are closed.



Категории:


Дошкольное образование