Идея мужественности

Февраль 28, 2015 By: admin Category: Интересное.

иограф писателя К.Линн всегда отмечал его внутренний конфликт между стремлением к мужественности, свободной от всякой женственности, и желанием женской пассивности. Это невротическое противоречие проявилось в полной мере в „Саду Эдема», отрывке из бесконечной рукописи, которую автор писал в течение пятнадцати лет. В нем нашли свое выражение его желание сексуальной пассивности и транссексуальные склонности.

Но моменты расслабления редки в жизни Хемингуэя. Как правило, он трансформирует свое внутреннее желание женской идентификации в агрессивное и унижающее отношение к своим многочисленным женам и в беспрестанные обвинения в стерильности, импотенции и гомосексуализме других мужчин — друзей и врагов. Наконец, побежденный этим недугом мужественности, писатель выстрелил в себя из ружья. Может быть, мы можем отнести и к нему размышления Л.Сигала по поводу самоубийства Мишимо#: „Его яростное стремление к мужественности… спровоцировало желание очиститься от всякой эмоциональности, чтобы стать совершенно мужественным субъектом, полноценным мужчиной, „что было возможно только в момент саморазрушения, то есть смерти“д.

Если навязчивая идея мужественности и не приводит к этому разрушительному пароксизму, она всегда становится источником внутренних конфликтов и напряжения, заставляет постоянно носить изнуряющую маску всемогущества и полной независимости. „Когда маска падает, то перед вами предстает дрожащий ребенок», — пишет антрополог Гилмор. Посмотрите на автобиографический роман „наикрутейшего из крутых» Чарльза Буковски „Женщины», где постельные сцены сопровождаются рвотой. Автор выблевывает одновременно свою ненависть к женщинам, избыток алкоголя и страх, что он не мужчина. Потом он принимается за самобичевание, прежде чем разразиться рыданиями, словно маленький ребенок. Так же ведут себя и терзаются такими же тревогами многие персонажи произведений Нормана Майлера. В романе „Настоящие мужчины не танцуют» он проникает в самые потаенные уголки сознания американского мужчины (самого себя?), раздираемого соблазнами мачизма и гомосексуальности. Алкоголик, бабник, герой занят безнадежной погоней за ускользающей от него мужественностью. Он пытается вырвать с корнем свою скрытую гомосексуальность при помощи безумной выходки. Дело кончается тем, что он разражается слезами, напившись в стельку. Он признает, что наподобие „своего отца — такого мужественного с виду — перестал быть мужчиной».

В условиях гипертрофированной роли мужественности половым органам придается очень большое значение, граничащее с навязчивой идеей. В этом нет ничего удивительного, если считать только половой орган главным признаком пола и даже основным свойством личности в делом. „И>ІЄТЬ его или не иметь его» подменяет дилемму „быть или не быть».

Comments are closed.



Категории:


Дошкольное образование