Воспитать настоящего мужчину

Февраль 28, 2015 By: admin Category: Интересное.

Уже полная путаница возникает, когда в обыденной речи мы охотно прибегаем к выражению „настоящий мужчина» для обозначения мужественного человека. Значит ли это, что некоторые человеческие существа лишь внешне походят на мужчин, на самом деле таковыми не являясь? Кто-то сегодня сетует на отсутствие женственности у женщин, которые, однако, редко сомневаются в своей принадлежности к женскому роду. А вот мужчины, напротив, очень часто разграничивают себе подобных, присваивая кому-либо некий знак качества: „настоящий мужчина». И они же в глубине души задаются вопросом, заслуживают ли они подобной оценки.

Долг, доказательства, испытания — эти слова свидетельствуют о том, что, для того чтобы стать мужчиной, человеку надлежит выполнить тяжкую работу. Мужественность не дается просто так, она должна созидаться, „вырабатываться». Мужчина, следовательно, представляет собой рукотворный продукт, отличающийся от творения природы, и как таковой он постоянно подвергается риску быть признанным продуктом с изъяном подобно браку производства, с дефектом в мужском оснащении. Короче, мужчина может оказаться несостоявшимся. Дело „производства» мужчины настолько рискованное, что, в случае удачи, о ней надо обязательно заявить во весь голос. Как говорит Пьер Бурдьё: „Чтобы похвалить какого-то мужчину, достаточно сказать: „Вот это мужчина!». Такова иллюзорная формула мужественности. Бурдьё подчеркивает, какое героическое усилие должен предпринять мужчина, чтобы соответствовать этому определению, и как страдает он, когда такого соответствия нет.

К этим страданиям добавляются и другие. В наше время исчезли ориентиры подлинной мужественности, и мужчина конца XX века уже не в состоянии разобраться, кто же он на самом деле. Гюнтер Грасс так отвечает на вопрос „Что есть мужчина?»: „Вместилище жестоких страданий… игрушка судьбы… театр, в котором разыгрывается драма тоски и отчаяния». Это высказывание было сделано в семидесятые годы; именно в это время мужчины начинают задаваться вопросом о своей сущности. По примеру феминисток, громко отвергавших уготованные им традиционные роли, кое-кто из мужчин заявил о своем желании освободиться от жестких рамок иллюзорной мужественности. Первыми вопрос о роли мужчины в ее идеальном выражении, этом источнике их психической нестабильности и проблем с женщинами, поставили американские теоретики наук о человеке. В семидесятые годы, когда увидели свет первые научные труды по проблеме мужественности, во всем преобладал тон страстного изобличения. Чувствовалась какая-то яростная радость в том, как подвергались пересмотру общепринятые нормы, обнаруживались все противоречия, заключавшиеся в них и давившие на весь мужской род. Но это удовольствие от изобличения и ниспровержения существующей модели мужественности сменяется в восьмидесятые годы периодом неуверенности, проникнутой чувством тревоги. Более чем когда-либо определение мужской сущности предстало как задача, которую требуется решить, а не как данность. Два известных исследователя этой проблемы, австралийка Линн Сегал и американка Кэтрин Стимпсон, пришли к одному и тому же выводу: „Мужчина стал настоящей загадкой». Однозначный характер того, что составляет его сущность, его мужественность, был поставлен под вопрос. Факторами мужской дифференциации стали классовая и расовая принадлежность, возраст, те или иные сексуальные склонности. Теперь англо-американцы говорят о разных типах мужественности.

Comments are closed.



Категории:


Дошкольное образование